Я инвалид!

Привет читатель! Наконец я нашел силы, для того чтобы закончить, начатую еще в январе, тему (смотри посты: 15.01, 21.01 и 25.01). Скорее всего, на страницах моего сайта она закончится еще не скоро, но на данном этапе, в плане намеченного в январе, можно поставить точку.

Итак, тогда я остановился на том, что собрав данные необходимых анализов и пройдя всех специалистов, мнение которых требуется для заключения комиссии, я все это передал кардиологу. Через пару дней она назначила мне день, когда я должен был предстать перед уважаемой комиссией. 29 января к 8 — 00 утра я был в Кисловодске, именно там находится учреждение медико-социальной экспертизы (МСЭ) региона Кавказских Минеральных Вод (так сейчас называется бывшая ВТЭК), куда съезжаются претенденты на инвалидность со всего региона. Внутренне радуясь, что я не претендую на I группу, то есть являюсь ходячим, я вдруг обнаружил, что в «живой» очереди, мне досталось далеко не первое место — передо мной «стояло» уже десятка три человек. Правда следует отдать должное, в помещении МСЭ, занимавшем половину этажа, на счастье ожидавших своей очереди претендентов, в длинном коридоре вдоль стен были расставлены стулья, которых хватало всем!

В 8−00 некто нажал незримую кнопку и «конвейер» включился. Сравнение не случайное, так как все происходящее далее напоминало именно работу конвейера. Для начала каждому было необходимо пройти регистрацию в кабинете, допустим, №1. Здесь очередников встречала строгая, неприветливая молодая женщина, возможно медицинская сестра или какой ни будь клерк от медицины. Задавая лаконичные вопросы, как оператор полиграфа, она заносила полученные со слов пациента данные, иногда проверяя их по необходимым документам, в компьютер, а затем, велев ждать в коридоре, вызывала следующего. Далее, перемещаясь по коридору от двери к двери, приходилось сидеть и ждать, когда прозвучит твоя фамилия приглашением к следующему специалисту. На дверях висели таблички, где между названием специальности врача и его фамилией непременно присутствовала строчка — «заслуженный врач Российской Федерации», что добавляло важности и авторитета членам комиссии, а мне ощущения причастности к чему то, очень важному — государственному, при этом я начинал понимать, что помогаю государству проявлять заботу обо мне.

Пройдя поочередно ряд специалистов и, вкратце рассказав несколько раз свою историю внимательным и заботливым слушателям, побеседовав с молодым психологом, которая погоняв меня по тестам Айзенка, сказала золотые слова о том, что инвалиды тоже люди, я, наконец, попал к председателю комиссии. Коротко, по военному, он мне доложил, что по всем параметрам я подхожу для III -й группы инвалидности и поэтому именно она мне присваивается сроком на один год. После этого получив на руки заветную справку розового цвета, я стал ждать очереди к последнему специалисту — врачу реабилитологу.

Попав наконец к нему, точнее к ней — нервной, молодящейся и очень строгой женщине, которая еще утром ругалась с одним из моих «коллег», я начал понимать что вот оно испытание …, началось, что я сильно заблуждался, когда писал в одном из предыдущих постов о «даренном коне» и в случае чего государство с меня спросит за каждый выданный рубль. Она очень быстро, заученными фразами, говорила мне — какие шаги необходимо предпринимать, чтобы в кратчайший срок реабилитироваться в обществе и стать полноценным его членом, а когда я, не поняв очередной инструкции, осмелился задать ей конкретизирующий вопрос, неожиданно срываясь на истерику, буквально прокричала мне, что такие как я ничего не слушают, задают лишние вопросы, а потом все делают неправильно. Всем своим видом она демонстрировала мне, что мы бываем тут только, чтобы мешать ей спокойно работать во благо общества и на благо людей с физическими недостатками. Прибив на корню мое желание разобраться во всех тонкостях реабилитации, она вручила мне внушительных размеров реабилитационную карту со звучным названием «Индивидуальная программа реабилитации инвалида» и, с видом милостивого победителя, добавила, что мне там все будет понятно, но через год ее необходимо привезти обратно.

На свежий воздух я выбрался в 13−30 с «задуренной» реабилитологом головой и изрядно уставший от заботы обо мне.

По дороге из Кисловодска, внимательно изучив выданный мне документ, я с удивлением обнаружил, что существует Федеральный закон «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» — раньше я не задумывался над этим вопросом. Далее следовали рекомендации по проведению мероприятий:

- медицинской реабилитации — восстановительная терапия, с этим все ясно — лекарства;

— профессиональной реабилитации — об этом отдельный разговор;

— социальной реабилитации — особенно вызвало умиление ее социально культурная часть, где мне рекомендовано посещение самостоятельно или с семьей кино и театра и ни слова об интернет, где я провожу несколько часов в сутки, который в отличие от кино или театра, несет значительно больше информации, а стоит дешевле, что для пенсионера важнее.

Следующие проблемы возникли в Пенсионном Фонде. Для начисления пенсии, требовалась информация о моей заработной плате. Но так как за последние 13 лет я официально работал всего 8 месяцев, инструктор Пенсионного Фонда порекомендовал мне взять справку в городском архиве, о заработной плате за 5 лет непрерывной работы, на каком ни будь предприятии. Таковым оказался НИИ, в котором я работал в 80-х годах прошлого столетия. В архиве мне пообещали справку к 3 марта, но 28 февраля меня на «скорой помощи» увезли в больницу. После выписки из нее я, наконец, собрав необходимые документы, сдал их в Пенсионный Фонд и, прождав сначала каких то решений, затем пока мой инспектор отдохнет две недели в отпуске, я 19 апреля получил на руки новый документ — пенсионное удостоверение. Кроме того мне была начислена пенсия и, что очень радует, в большем размере, чем я ожидал. И хотя эти размеры абсолютно не решают проблем моего жизнеобеспечения, она позволяет обеспечить мои ежемесячные траты на лекарства. Можно еще «покопаться» в льготах, может быть и там удастся, что ни будь «нарыть».

Особого внимания заслуживает программа реабилитации инвалида. По настоятельной рекомендации истеричного реабилитолога я, вместе с картой, должен был обратиться в центр занятости населения, где мне должны предоставить достойную работу, благодаря которой я смогу сам себя обеспечивать и найти свое место в обществе, то есть реабилитироваться. Попав со второго захода на первичный прием, так как в первый раз я не был принят в связи с тем, что моя трудовая книжка в ожидании решения и восстановления сил инструктора, осела в Пенсионном Фонде, я был зарегистрирован в качестве безработного и результатом моей беседы было направление на посещение консультации. Кроме того мне были выданы два направления с вакансиями для трудоустройства. Консультация представляла собой собрание, на котором присутствовало человек 30 моих «товарищей по несчастью» и непосредственно консультант — инспектор центра занятости. Мы прослушали получасовой монолог инспектора по поводу своих прав и обязанностей, причем первых было не так много, в основном речь шла о том, на что мы их не имеем. Первое сложившееся впечатление — я, еще ничего не получив от Центра ни в плане психологической, ни в плане материальной, ни в плане информационной поддержки, уже ему должен за эти не предоставленные услуги. Мне довели до сведения, что я должен:

— вовремя являться на перерегистрацию: день раньше — меня не примут, день и больше позже — «штраф −20% пособия по безработице»;

— если я пропускаю перерегистрацию по болезни — больничный лист, нет его — «штраф −20% пособия по безработице»;

— если я пропускаю перерегистрацию в связи с отъездом — «штраф −20% пособия по безработице»;

— если я не посещаю потенциального работодателя, предоставленного мне Центром по направлению — «штраф −20% пособия по безработице»;

— если я не ищу работу самостоятельно (для этого выдается специальная книжка) — «штраф −20% пособия по безработице»;

— если я отказываюсь от предоставленной вакансии по собственному желанию — «штраф −20% пособия по безработице»;

— посещение потенциального работодателя в течение 3-х рабочих дней, опоздание — «штраф −20% пособия по безработице»;

— повторный отказ от предоставленной Центром вакансии — лишение статуса безработного и пособия;

— повторное нарушение любого из пунктов — лишение статуса безработного и пособия.

Это то, что я смог запомнить. Выйдя на улицу после собрания, глядя на не обремененные запретами лица встречных прохожих, первое возникшее желание было плюнуть на необходимость поисков реабилитации в обществе с помощью Центра занятости населения — уж слишком жесткие условия. Повеяло холодком Сталинских времен. В советские времена мне доводилось работать на многих режимных предприятиях, но даже там не штрафовали за такие провинности, как опоздание, допущенное в первый раз. Но остановил меня от совершения этого опрометчивого шага, внезапно возникший образ врача-реабилитолога, который пригрозив пальцем, с усмешкой прошипел, что если я буду игнорировать протянутую мне государственными чиновниками руку помощи и саботировать меры по моей реабилитации, я буду всего этого лишен. Опасаясь за свою будущую карьеру инвалида и отметая все логические доводы моего сознания, которое подсказывало, что к моей инвалидности имеет отношение только мое больное сердце, которое, как сказал мне лечащий врач в кардиоцентре, никогда не станет прежним и мне следует научиться жить с ним таким какое оно есть, а никак не Центр Занятости населения в сговоре с врачом-реабилитологом, поэтому я поехал по направлениям с вакансиями.

Первое предлагало работу грузчика. Нет читатель, ты не ошибся — там написано именно грузчика, на крупно-оптовую продуктовую базу. Кардиолог мне разрешил поднимать не более 3-х кг веса, хирург при выписке после операции не более 5-ти кг, пусть в сумме это составляет 8 кг. Я, конечно, не очень рассчитывал, что со времен студенческих шабашек, когда мне доводилось таскать мешки с цементом или сахаром по 50 кг весом, технологии работы грузчиком сильно изменились. И что эта профессия уже никак не связана с переноской тяжестей, но перспектива потерять 20% пособия, которого я еще не получил, вызывала странное ощущение, что я их уже должен государству в лице ЦЗН. Хотя в отделе кадров объекта моего следования, узнав о моей инвалидности, не сильно удивились и написали мне отказ в нужной мне формулировке.

Правда, думаю, что потерял я эти 20% при посещении владельцев второй вакансии, от которой я отказался сам. Санаторию требовался дворник. Пока я до него дошел — дорога все время в гору, мое сердце непрерывно посылало в мозг сигналы, что этот путь не для меня, а потом я и сам пришел к выводу, что к работе дворником психологически я пока не готов. И дело не в личном снобизме, просто вспоминаются слова Маяковского:

Книгу переворошив, намотай себе на ус -

все работы хороши, выбирай на вкус!

Будем считать, что работа дворником не в моем вкусе.

Как бы в оправдание этих пробных направлений, инспектор при очередной нашей встрече заявила, что существует некое правило, если человек не имеет стажа работы по специальности больше года, то он теряет квалификацию и его можно направлять на любые вакансии, имеющиеся в наличие на данный момент у ЦЗН. Когда я спросил инспектора, что это за правило, имеет ли оно какой либо статус: закона, нормативного акта, внутреннего приказа или устной рекомендации и где с ним можно ознакомиться, она быстро «свернула» нашу беседу и дала два направления: одно на должность начальника охраны в филармонию, а другое инженером — электроником на завод. Правда, первое место оказалось уже занятым, а на второе я не подошел по каким то критериям — скорее всего возрастным.

Вот пожалуй и все что я смог рассказать о моем становлении инвалидом, вопреки моим ожиданиям не пришлось совершать ничего героического, все буднично и прозаически. Вывод: стать инвалидом в России можно, нужно только иметь необходимое заболевание.

На последок, несколько цифр, не связанных, на первый взгляд, между собой, а может и связанных. Решать тебе читатель.

— Минимальный размер заработной платы (МРОТ) в Российской Федерации — 4330 рублей;

— МРОТ в Великобритании — 1273 Евро;

— Прожиточный минимум в Москве - 5790 рублей;

— Прожиточный минимум в Ставропольском крае — 4515 рублей;

— Моя пенсия с 01.04.10 г. — 3494,6 рубля;

— Мое пособие по безработице, о котором я часто упоминал в тексте — 850 рублей;

— Пособие по безработице в Германии — 359 Евро (будет пересмотрено в этом году, по причине противоречия конституционным правам человека);

— Одна поездка в трамвае — 10 рублей.

Популярность: 12%

Затвитить пост!